Читайте отзывы о В. М. Шукшин. Рассказы - Василий Шукшин

Василий Шукшин – певец русской деревни… хотела озаглавить я эту рецензию. Но тут же возникли у меня сомнения, потому что словосочетание «русская деревня» ассоциируется у меня с теми временами, когда писали о деревне наши прекрасные классики: Пушкин, Толстой, Тургенев... а больше всего, конечно, с Некрасовым. Деревня Василия Шукшина другая, советская. Нет, можно, конечно, поспорить, что советская не есть не русская, или откровенно уж говоря – советская деревня одновременно же является и русской. Впрочем, даже придя к такому консенсусу, все равно остаются сомнения, потому что, собственно, рассказы-то вовсе не про деревню, как таковую, а о людях. И тут опять начинается. Настолько они переплетены в рассказах – люди и деревня, настолько неотрывны друг от друга, что говоря люди – подразумеваешь деревню.Итак, Василий Шукшин в своих рассказах говорит о простых людях. Редко и вскользь упоминаются иной раз Герои СССР и другие выходцы из деревни, достигшие определенных высот. А основное повествование все же про обычных людей, живущих обычной жизнью. Не семи пядей во лбу, даже и наоборот некоторые кажутся совсем уж простаками и чудаками. Чувствуется неприязнь героев и с ними автора к прожженным городским жителям, ищущим свою выгоду, к хамоватым продавщицам, к тем, кому не зазорно обидеть, оскорбить, унизить, осмеять. «Мы молчали. Когда вот так вот является хам, крупный хам, и говорит со смехом, что он только что сделал гадость, то всем становится горько. И молчат. Молчат потому, что разговаривать бесполезно. Тут надо сразу бить табуреткой по голове — единственный способ сказать хаму, что он сделал нехорошо». («Боря»)Отдельной строкой идет тема матери. И опять возникает ощущение, что не просто о матери, а о всех матерях, какие они есть, о самой даже Земле-матушке, любящей материнской любовью всех своих детей, какими бы неразумными они ни были. Так вот и читаешь, будто дышишь воздухом деревни. Думаешь вместе с героями рассказов – а и для чего, что сделано, половина жизни позади, а какой след оставлен? И думаешь, стала ли бы...