Читайте отзывы о Оккульттрегер - Алексей Сальников

«Петровы в гриппе и вокруг него» мне понравились так, что я даже гриппом заболела. Я о книге Алексея Сальникова, а не профильм Серебрянникова. Весь роман он так скрупулезно описывает всю эту постсоветскую уральскую хтонь, за которую якорится главный герой, что невольно всю дорогу я узнавала и своему сердцу милые штучки. Ну, и, конечно, весь его магический абсурд реализм тоже ласкает глаз и душу. Поэтому, конечно, я не могла не освоить «Оккульттригера», вышедшего два года назад. Обычно я всю литературу осваиваю чуть позже всех. Многобукв и картинок я вынесла в дзен, потому что он у меня тоже есть.nЭта книга продолжает тему быта мистических созданий Урала, начатую автором в предыдущем романе. Угол обзора — мистический детектив, формат общения персонажей — токсичные подколы и саркастическо-философские разгоны о человеческом бытии. Книга по размерам сильно скромнее «Петровых»: отложив все дела, я ее освоила за день (если честно, то дела сами как-то отложились).nВ центре повествования Прасковья, которой двести лет и все это время она посредничает между демонами, херувимами и людьми. Она не стареет и помнит все. Или почти все: Сальников так ловко чего-то недосказал, что создается впечатление, будто Прасковья где-то накуролесила в историческом масштабе, только вспомнить не может как именно.nНо соседи даже не догадываются, кто живет рядом с ними. Раз в четыре месяца у Прасковьи «линька», и она получает новые внешность, документы и обстановку в квартире. Поэтому для соседей она — это всегда какая-то другая женщина с ребенком лет восьми, ничем не примечательная. Кстати, ребенок, на самом деле, это гомункул, которого получают оккульттригеры, заступая в должность. За длинную жизнь, особые способности и дружбу с потусторонними силами, Прасковье приходится жить в некой аскезе: у нее плоховатая одежда, средненький телефончик, уставший ремотик и дофига историй, которые всплывают в голове к месту и не к месту. У Сальникова очень милый штрих к портрету героини был: «Опять же по старой памяти, если Прасковья разговаривала п...